Лица Блюза

Wallace, Sippie

Так называемый «классический женский блюз» 1920-х-1930-х годов это целое созвездие имён, интересных биографий, жизненных комедий и трагедий. Большинство тогдашних звёзд, увы – в тех годах и остались: мы знаем о них по пересказам, сплетням, старым фотографиям, очень редким и несовершенным кино-съёмкам, газетным-журнальным статьям и студийным сессионным протоколам. Из той классической эпохи до «нашего» времени, до хотя бы современного винила, до внятных видеозаписей и телеэфиров – дожили единицы. Одна из них - Сиппи Уоллэйс (Sippie Wallace).

1.

Её настоящее имя – Beulah Thomas, она родилась в Арканзасе в 1 ноября 1898. Вскоре семья переехал в Хьюстон, шт.Техас. Забавное прозвище Sippie, ставшее позже сценическим псевдонимом – из самого раннего детства. У малышки Бьюлы очень поздно появились первые зубы, она долго не могла жевать и, соответственно, перейти на «взрослую» твёрдую пищу. Sippie – это специальная бутылочка-поильничек для кормления малышей жидкой и полужидкой пищей.

13 братьев и сестёр, семья очень набожная и музыкальная, отец – священник местной церкви. Как у многих блюзменов – музыкальное образование Сиппи начиналось в церкви, где она не только пела в хоре, но и освоила пианино. Ещё трое из этой семьи позже стали музыкантами-профессионалами.

Естественно, детям нравилась не только религиозная музыка, но и эстрада. При каждой возможности ребята убегали из дома послушать выступавших в городе гастролёров всех мастей - типичные для начала XX века бродячие музыканты-одиночки и маленькие бэнды, «медицинские» шоу и т.п.. Ещё подростком Сиппи участвовала во многих местных мероприятиях: и на подтанцовках танцевала, и в водевилях играла «на вводе», и даже ассистировала заезжему заклинателю змей! Ну, и пела, само собой. К 15 годам была уже весьма уверенной вокалисткой.

На старте карьеры ей очень помогли братья. Джордж (старший брат) и Хёрсэл (младший брат) Томасы (George Thomas, Hersal Thomas) прекрасно играли на пианино, пели и уже сами сочиняли. Они перебрались в Нью-Орлеан и через некоторое время сумели занять место в местной весьма искушённой музыкальной «тусовке». А в 1915 к ним приехала и Сиппи. Она, как и братья, пела, играла на пианино, быстро освоилась в городе.

За два года успела дважды побывать замужем. Второй муж - Мэтт Уоллэйс (Matt Wallace), профессиональный карточный игрок. Понятно, теперь сценическое имя оформлено в последней редакции – Сиппи Уоллэйс.

Важный этап её карьеры – участие в бесконечных гастролях, которые организовывала разветвлённая сеть коллег-антрепренёров, объединённых (с 1920-го года) в профорганизацию Theater Owners Booking Association (TOBA). В Ассоциация состояли владельцы многочисленных концертных площадок всех мастей (преимущественно – белые) тесно сотрудничали с промоутерами, менеджерами и просто артистами напрямую (в большинстве своём – неграми). Состав TOBA-караванов был весьма пёстрым, присутствовали фактически все развлекательные жанры, иногда даже классическая оперетта. Естественно, был и там и джаз, и блюз: уже упоминавшиеся Ма Рэйни, и Бэсси Смит, и Луи Армстронг, и Дюк Эллингтон на том или ином этапе карьеры сотрудничали с ТОВА. Учитывая непременный женский состав водевильных шоу, всех этих хористок, певичек, костюмерш и просто подружек-спутниц, чёрные музыканты не могли не юморить: широко распространилась расшифровка аббревиатуры TOBA как TOugh Black Asses (упругие чёрные попки).

В Нью-Орлеане Сиппи Уоллэйс ещё не звезда. Но она – постоянный участник огромного музыкального сообщества, и именно в Нью-Орлеане она познакомилась со многими будущими супер-исполнителями, некоторые из которых станут её эпизодическими или случайными аккомпаниаторами.

2.

В 1923-м году оба брата, а вслед за ними – и Сиппи переехали в Чикаго. Сиппи вновь  быстро сумела вписаться в чикагскую джазовую компанию, и уже к окончанию 1923 сумела подписать контракт на Okeh.

Okeh - солидная джаз-блюзовая история, начавшаяся в 1920-м году с хитового “Crazy Blues" Мэми Смит. У неё уверенный менеджмент рулит «расовым» направлением на студии. С 1922 это молодой, но уже искушённый Кларенс Уильямс (Clarence Williams), пианист, певец, композитор, промоутер, с уже-опытом-работы в Нью-Орлеане, Нью-Йорке, Чикаго. И, что важно, Кларенс – личный друг Джорджа Томаса, старшего брата Сиппи.

Записываться Сиппи начала с окончания 1923-го года, но первые релизы состоялись только через полгода, в мае 1924-го. Эти первые пластинки – “Shorty George Blues", “Underworld Blues", “Mama's Gone Googbye" и другие – не супер-хиты, но продавались бойко. “Shorty George Blues" с многочисленными допечатками за несколько лет разошлась, считают современные историки блюза, тиражом около 100 тысяч экземпляров. К слову, авторство – семейное, сама Сиппи и Джордж Томас.

Таким образом, Сиппи вместе со старшим братом-соавтором, и вторым братом-аккомпаниатором, сразу оказались в обойме контрагентов Okeh, которые стабильно записывали музыку высокого уровня. Каждая их пластинка оказывалась хорошо продаваемой. Только за 1924-й год под именем Сиппи Уоллэйс вышло 9 пластинок, и в течение следующих трёх лет Okeh поддерживала примерно этот темп.

Постепенно джаз-блюз-репутация Сиппи выросла до высшей степени. Перефразируя известную пословицу, я бы выразился так: «Скажи мне, кто тебе аккомпанирует – и я скажу, каков твой статус в блюзе». Среди аккомпаниаторов Сиппи в 1925-1927-м годах – Луи Армстронг, Сидней Бише, Кинг Оливер, хорошие знакомые Сиппи ещё по Нью-Орлеану.

Например, именно с Луи Армстронгом (и Хёрсэлом Томасом на пианино) 1-го марта 1926-го года записан “Special Delivery Blues", который стал хитом для Сиппи, а сейчас входит в десятки блюзовых антологий.

Сиппи стала фактической современницей и достойной коллегой первых супер-звёзд блюза Ма Рэйни и Бэсси Смит, в первую очередь, уступив им в первенстве год-два.

3.

Весь аудио-архив Сиппи за 1924-29, это примерно 40 песен – высокого уровня блюз, но всё-таки достаточно стандартный для той «классической поры». Чистый сильный голос, уверенный пиано-аккомпанемент. Для прослушивания целиком - немного однообразно, скучновато, за исключением одного абсолютного шедевра “The Flood Blues", запись и релиз 1927-го года.

Интересно, что Сиппи была (со)автором большинства блюзов, которые спела. Слова – её, а музыка – как правило, в соавторстве с братом Томасом. Специалисты отмечают, что лирика Уоллейс изобретательнее, разнообразнее и содержательнее, чем у её конкуренток. Но по смыслу песни, конечно, конечно, типично блюзовые (любовь, неверные мужья, коварные соперницы, долгие разлуки и т.п.), с предсказуемым жанровым содержанием.

Пример: «Все считают, что у меня все в порядке. Но никто не знает, что происходит за закрытыми дверями…Поговори со мною, милый…ты беспокоишь меня в последнее время…твоё отношение ко мне изменилось. Боюсь, если дело не поправится - не избежать убийства», (“Murder Gonna Be My Crime").

Или: «Я – крутая баба, я лучше всех…мужчины плачут по мне…но я пришла к тебе и на коленях умоляю - возьми меня, если ты свободен,… я буду тебе рабыней» (I'm A Mighty Tight Woman").

Или часто упоминаемая и цитируемая “Women Be Wise": «Женщины, будьте сдержаннее в разговорах. Не стоит хвалиться своим мужчиной… даже перед лучшими подругами. А то, не ровен час, какая-нибудь модница уведёт его, стоит вам отлучиться», и с неожиданным последним куплетом «…ну а уж если я сама узнаю, что твой парень так хорош – могу попробовать его увести».

Или даже просто смачные названия: «Мужчина на каждый день недели» (“A Man For Every Day In the Week").

Присутствие рядом очень сильных аккомпаниаторов не дало возможности самой Сиппи показать – как совершенно она сама умеет играть на пианино. Фактически мы знаем об этом её искусстве по рассказам коллег, или по поздним записям 1960-70-х.

4.

В 1926-м году у Сиппи началась «чёрная полоса». От пищевого отравления умер брат Хёрсэл.

По мнению многих экспертов, смерть Хёрсэла – это не просто личная трагедия Сиппи (по многим воспоминаниям «…она нянчилась с младшим братом, как с собственным ребёнком»), но и серьёзная потеря для блюза вообще. К тому времени Хёрсэл Томас стал уже весьма авторитетным пианистом и даже записал несколько тем, которые стали предметом для подражания следующим поколениям блюз- и буги-пианистов (“Rocks and Fives", например).

Сиппи долго не записывалась. Вроде бы возобновила карьеру в 1929-м году уж на студии Columbia (несколько сессий и два релиза). Тут новая трагедия: погиб второй брат, Джордж; не только брат, но и многолетний соавтор, напомню. Нелепо погиб – попал под трамвай.

Ну и Великая Депрессия подоспела с известными последствиями для всей развлекательной индустрии.

Сиппи прервала все профессиональные выступления, отказалась от всех контрактов и даже переехала в Детройт. В Детройте некоторое время спустя она вернулась к музыке, начала со скромных концертов по местным клубам, но вмешалась очередная трагедия: в 1936-м году умер её муж Мэтт. И Сиппи покончила с блюзом, как тогда казалось - навсегда. Она стала активной прихожанкой местной Leland Baptist Church, теперь её занимала только духовная музыка. Сиппи руководила церковным хором, ежедневно аккомпанировала на церковном органе к каждой службе, и продлилось это всё без малого тридцать лет, до 1965-го года.

От блюза в её жизни осталась только ближайшая подруга – Виктория Спайви (Victoria Spivey). Любители блюза, конечно, знают это имя – ещё одна блюз-леди из той же «классической эпохи». Начинала она чуть позже Сиппи, но её карьера не прерывалась с 1926 (первый релиз Спайви) до 1970-х.

5.

Сиппи вернулась в блюз благодаря вмешательству юного поклонника, студента Wayne University Рона Харвуда (Ron Harwood).

Такая типичная для времён блюз-возрождения, но от этого не менее славная история. Молодой человек из Детройта Рон Харвуд коллекционировал блюз. В какой-то момент понял, что следы одной из его любимых певиц (Сиппи Уоллэйс) обрываются как раз в Детройте, а по биографическим данным судя – Сиппи ещё вполне могла бы быть в добром здравии. Рон поступил предельно методично – взял несколько телефонных справочников по Детройту и окрестностям и принялся обзванивать всех Уоллэйсов. «После нескольких дюжин однофамильцев, на мой очередной звонок ответил какой-то мужчина, и, услышав мой вопрос, спросил в сторону, прикрыв ладонью трубку: “…слушай, тут какой-то студент болтает, что якобы тысячи людей жаждут услышать тебя вживую". От этого обращения «…тебя…» к его невидимой собеседнице моё сердце буквально затрепетало, а слёзы хлынули из глаз».

Не всё получилось сразу. Даже подтвердив, что она – та самая Сиппи и есть, даже согласившись на личную встречу, перейдя к более-менее доверительным отношениям с Роном, после целой серии встреч, бесед, обсуждений и воспоминаний – Сиппи всё-таки отказывалась от блюзовых выступлений.

Однако вода камень точит. К окончанию 1966-го года Сиппи уже выступила в Европе в составе очередного American Folk Blues Festival и нарезала на студии Storyville два (!) альбома: “Sings the Blues" и “Women Be Wise", этот последний – под аккомпанемент Рузвельта Сайкса и Брата Монтгомери (Little Brother Montgomery).

Еще через год записан замечательный альбом “Mighty Tight Woman", совместно с Отисом Спэнном и (что особенно интересно) фолк-группой Jim Kweskin Jug Band. Аккомпанемент и стилистика вообще нехарактерные для Сиппи: Jim Kweskin с командой – яркое проявление тогдашнего фолк-движения, белые ребята и девчонки играют чёрную корневую музыку на родных для этого стиля инструментах, простеньких гитарах, скрипках, мини-дудочках kazoo. Материал получился неоднородный, но интересный – и типичный фолк (версии “Up The Country Blues" и “You Got To Know How"), почти фолк-рок (“Loving Sam"), непривычно темповая для Сиппи “Muhammed Ali". Ну а завершающий трек “Everybody Loves my Baby" – это вообще какой-то джаз-блюз-карнавал. К сожалению, материал показался (для студийных функционеров) неактуальным в год записи, а релиз состоялся только 20 лет спустя, в 1987-м году.

Тогда же, в 1966-м и 1967-м году Сиппи записала несколько дуэтов с Викторией Спайви, которые вышли пластинкой в 1970-м году на Spivey, собственном лейбле Виктории.

Кстати, все эти годы менеджером Сиппи был тот самый юный энтузиаст Рон Харвуд.

6

Триумфальное возвращение на блюз-сцену прервалось неожиданно и трагично: у Сиппи случился обширный инсульт. Конечно, тут уж не до музыки, шесть месяцев ушло на восстановление самых простых навыков речи и движения. Речь и голос восстановились полностью (последующие аудио-записи и тв-архив тому красноречиво свидетельствуют), а вот движение – частично. Оставшуюся часть жизни Сиппи передвигалась в инвалидной коляске.

И вновь она обратилась к своей недавней церковной рутине: органный аккомпанемент и пение на службах, уроки с юными хористами. Настоятель церкви в одном из интервью сказал: «Сиппи делала в церкви и для церкви всё…ну, разве что не проповедовала».

7.

При всём драматизме ситуации Сиппи вновь вышла к публике.

В историю вмешалась восходящая звезда фолк-музыки по имени Bonnie Raitt. Так уж получилось, что альбомы 1966-го года для Storyville были чуть ли не самыми любимыми в фонотеке Райтт. На свои первые альбомы в 1971-м-1972 Бонни поместила три кавер/песни  Уоллэйс: “Women Be Wise", “Mighty Tight Woman" и “You Got To Know How".

Когда Райтт в 1972 она получила приглашение на знаменитый Ann Arbor Blues and Jazz Festival, который проходил в Детройте, она попросила организаторов пригласить Сиппи Уоллэйс. Её нашли, уговорили, привезли, две блюз-дамы встретились за кулисами. Сиппи долго отнекивалась всеми силами («…я теперь блюз не пою…» и т.п.), но Райт настойчивыми и вежливыми уговорами и гитарными наигрышами – таки «раскрутила» ветераншу на немедленное появление на сцене. Ну, а там – сумасшедший энтузиазм публики! – и Сиппи не смогла устоять. Запела, воспрянула духом.

Бонни Райт вытащила Сиппи в свои длительные гастроли по США, обеспечила ей почти ежедневные выступления и несколько ТВ-эфиров (прайм-тайм, мини-концерты с рассказами и одной-двумя песнями в прямом эфире на всю Америку). Потом Райтт пролоббировала для Уоллэйс контракт на Atlantic.

Ещё немаловажная деталь – Сиппи получила больше 45 000 долларов честными авторскими отчислениями за каверы Райтт.

Бонни при каждом удобном случае упоминала Сиппи, её творчество и влияние, про их совместные уже работы. С некоторым уклоном в феминизм, дескать, творчество и жизнь Сиппи – это своеобразный пример борьбы женщин за достойное место в жизни и обществе. Так состоялось второе возвращение в блюз.

8.

Итак, очередное возвращение Сиппи в блюз, уже третье в карьере. Началась рутина известной и успешной фолк-дивы. Фестивали, концерты, включая очень престижные – например, выступление в Lincoln Center в Нью-Йорке в 1977-м году.

В 1982-м году она была номинирована на Grammy. И в том же году на очередном фестивале в Монтрё разделила сцену с Би Би Кингом, есть видео этого концерта.

Плодотворным стало знакомство с немецким буги-энтузиастом Акселем Цвингенбергером (Axel Zwingenberger). Аксель – великолепный буги-вуги-пианист и композитор, но что не менее важно, настоящий музыкальный подвижник, который (с помощью благожелательно настроенных менеджеров и продюсеров) реализовал огромную серию проектов с ещё-живыми-тогда джаз-, блюз- и буги-менами, включая «Большого» Джо Тёрнера, «Чемпиона» Джека Дюпрэ, Джея МакШенна, «Мамы» Янси и, к теме нашего очерка, – с Сиппи Уоллэйс.

Они познакомились в 1982. Аксель «напросился» в гости, сыграл на домашнем пианино («Ты играешь как Хёрсал», сказала хозяйка), очаровал Сиппи и они совместно записали два альбома, в том числе и единственный «живой» в её дискографии – “An Evening With Sippi Wallace". 17 треков, включая легендарную “Women Be Wise". По сути это совершенная с чисто-технической точки зрения копия «классических» записей 20-х годов, ну, может, чуть свободнее аккомпанемент Цвингенбергера, он всё время срывается в короткие темпераментные проигрыши, чуть оттеняющие пение Сиппи. Сам материал фантастический, особенно “You Got To Know How" и темпераментный “Shake It To A Jelly". Конечно, слышно, что поёт пожилая дама. Некоторые песни Сиппи, можно сказать, «проговаривает» а не поёт. Но всё искупается фактом, что слушаешь реальную Легенду. Кстати, по записи понятно, что и публика прониклась этим настроением и соучаствует. Некоторые номера идут под непрерывные ритмичные аплодисменты, время от времени возникает разговор-диалог с публикой. Редчайший по атмосфере альбом.

9.

Увы, годы есть годы. В марте 1986-го году, после одного из концертов в Германии с Сиппи случился новый инсульт. Она была госпитализирована, чуть поправилась, её перевезли назад в Штаты, но нового чуда не случилось.

Сиппи Уоллэйс умерла в свой 88-й день рождения, 1-го ноября 1986.

10.

Автор рекомендовал обязательно послушать два альбома Уоллэйс: “Mighty Tight Woman", записанный c Jim Kweskin Jug Band, и несколькими строками выше упомянутый “An Evening With Sippi Wallace". И непременно найти песню “The Flood Blues" из Document'овской коллекции “Complete Recorded Works. 1923-1945", это must have.

22.2.17  Андрей Струков

Группа явно в прекрасной форме, не испытывает недостатка в музыкальных идеях и звучит превосходно!

«Party Of One» - торжество метода Торогуда в иных условиях: в «тихом» сольнике сохранились его необычайная энергия, власть рок-«грува» и вокал, оживляющий наследие Л. Хопкинса, Хукера, Сан Хауса. Он полностью состоит из классики американской народной музыки

Первая акустическая работа. Песни собственного сочинения под гитару и гармошку с добавлением перкуссии и “атмосферных” эффектов. Песни грустные, неспешные, созерцательные

Потрясающий концертный альбом мастера в его лучшей форме

Green and Blues максимально точно отражает содержание диска. Здесь не только песни и композиции Питера Грина (хотя их большинство), но и другой блюз. Блюз других великих исполнителей, но всё равно всё вращается вокруг британского блюза второй половины 60-х, Fleetwood Mac и John Mayall’s Bluesbreakers

Подписка на новости
Работает без перезагрузки страницы